Психоаналитические отношения
(Встреча с другим, по мотивам Ф.Федье «Голос друга» )
Психоанализ, основанный З.Фрейдом, представляется как наука, «специфическая деятельность души», как онтология и этика бытия психического, как метод исследования и созидательная повседневная деятельность по отношению к страданиям.
Психоаналитические отношения – живут в кабинете психоаналитика и возможны там, в доверительности между двумя. Во всем многообразии попыток описать ПА отношения , достаточно понять, что каждый пишущий пытается выразить тот невыразимый опыт происходящего и успеть о-значить, взять в институциональные рамки, найти логику происходящего – припоминая теорию и еще чью - то практику: что бы не проколоться, не открыться больше и сказать, описать то, что практически не поддается описательной систематизации и порядку, ускользает, но существует внутри кабинета. Как про любовь, очень индивидуально.
Но, за что же нам ухватиться? И от чего начать отталкиваться – что есть такое – однозначное?
Теория: должна быть хорошо изучена – и не мешать в моменте встречи.
Сеттинг: четкие границы во времени и пространстве. Как кадр – выхватывающий субъекта из событийного, фактического, социального и экономического течения жизни и помещающий в пространство идеального опыта воспроизведения « себя известного – но не со-гласного». Первое упоминание о голосе – который, не тот.
Пациент приходит к нам с осознанием одного: « что -то не так в его жизни» и непониманием « а как вообще то надо и как туда попасть» и для завязки разговора будет найден способ выражения – в попытке объяснить, то , что пока не имеет слов и бьется заключенное в тело, фантазию, боль - в едва просматриваемом и запутанном сюжете.
Пациент надеется, что Эта встреча может что - то изменить. Есть такое выражение « запасть в душу» - наверное, это немного про то, что должно случиться для изменений. «Это» должно быть перенесено от одного к другому и оставлено Там, в этом месте и на это время – «нечто упавшим, проникшим » - как камень с души, или «тяжесть с сердца» , или « то, что сводит с ума» - в другого, который готов предоставить свою «пустоту и готовность» принять, то, что он пока не понимает и что скорее имеет характеристики невыносимого. Невыносимого, в силу чрезмерности для пациента : то ли от отсутствия меры( другого), то ли от малости того субъекта, которому довелось стать обладателем такого груза.
Но это «Нечто» содержит очень важную часть пациента, или происходит из важного места – пациент ждет известия об этом, или оттуда. Из области - словами Ф.Федье – «предельно своего, из того места, где человек присутствует. Иначе - принимает свое собственное назначение: из той области открытости бытия, удерживать которую , есть подвиг.»
Что делает психоаналитик? Он думает - думает о пациенте, об этом конкретном человеке, чувствует, страдает. И не позволяет себе помогать справляться ему с собственным идеальным опытом. Мы находимся в ПА реальности и в отношениях друг с другом, при том, что каждый из нас - в этот же самый момент проживает свой идеальный опыт.
Психоаналитик Вслушивается. – это не значит, воспринимать, оставаясь при этом пассивным. Слышать вы можете только в том случае, если вас и тот призыв, который обращен к вам – уже связывает некоторое понимание.
То есть - понимать самих себя - первичное условие! Связь реальна, тогда, когда мы крепко держимся друг друга и говорим друг другу то, что в каждом из нас.
Что же такое – то, что в нас? Это не то, что считается «нашим» в привычном смысле: некоторого имущества, которое нас изолирует, делает независимыми, ограняет системами защит, а нечто другое, которое несводимо к некоему интегралу нашего эгоцентричного Я. Это « голос друга » или назови это как хочешь, говорит Ф.Федье.
Голос друга, едва достигает нашего слуха – не спутаешь ни с чем. Не то, с чем обращается к вам друг, а Как – это модальность этого обращения. Если свобода пронизывает все, что говорит вам друг, тогда возможность слышать его мало помалу, созревает в вас в готовность вслушаться.
Что в этом голосе невозможно спутать ни с чем другим, так это его освобождающее действие.
Нужно попытаться лучше слушать то, что сказано, что бы больше услышать.
Но необходимо прояснить больше – обстоятельства, в которых мы находимся.
Речь идет о двух порядках: бытие и сущем, о первичных и вторичных процессах. Различение между ними бездонно, но они неотделимы друг от друга. При попытке отделить одно от другого, мы столкнемся с тем, что отделенное сразу перестанет быть самим собой, поскольку собой оно является лишь в своем отношении к другому. Они не могут быть одно без другого.. Двоичность - тонкий нюанс, отмеченный странной особенностью: то, что существует попарно, тем более является самим собой, чем больше разделяет с чем-то другим, чем оно само, свойство существовать. Не иначе чем в паре: вместе с другим.
Аналитик - Остается самим собой – но, это не быть тем, кем ты себя воображаешь, а быть в измерении этой двоичности, в сердце каждого. Именно благодаря ей - двоичности, «Я» может вступить в отношения с «самим собой». Иначе: «Сам» всегда первично по отношению ко « Мне».
Нейтральность, рекомендованная аналитику, о которой говорено много, У. Бион предлагает понимать как принцип одиночества. Мы встречаемся: два одиночества – одиночество вопрошания и одиночество ответственности.
Психоаналитические отношения - так что же это такое? Особенные, отличающиеся от всех иных – специально организованные, как будто очень намеренные, но именно , в которых мы ожидаем - отыщется «предельно своё» : искренность, «жизненность» , «украденный смех» или « собственный голос».
Психоаналитические отношения – это прежде всего опыт.
Опыт трудностей от отношений. Опыт в который вовлечено всё: где Бессознательное правит бал, и никто никуда не спешит - никому нельзя помочь, никого нельзя научить – можно быть в близости, такой невероятной аналитической близости - без эмпатии, прямоты и совместных переживаний , но: обеспечивая дополнительное измерение и дистанцию – для того , что бы появился обьем и возможность Иного.
Психоаналитик думает три мысли одновременно: о нем, о себе и о психоанализе и учитывая дистанцию и дополнительное пространство «надеется подать помощь» - как преодоление дистанции.
Как? Коммуникация – речь. Но, речь специальная, не техничная, а – технологичная.
И все возможные формы коммуникации: но, в отличии от обычной жизни – где строгость рамок и коммуникационных ролей обеспечивают успех таких отношений( мать - дитя, ученик – учитель и пр.), то психоаналитические отношения требуют дрейф и перевоплощений , возможность быть тем и этим и вон тем – и как раз зависания в каких - то одних, это разрушение ПА отношений.
Невозможно быть не захваченным душой другого - в кабинете.
Но, это как содержание и наполнение, то что мы называем свободные ассоциации и завершение, как работа различения – утраты и постепенное формирование отношений дружбы.
Дружба – это качество новой связи: человек связан с другим особой связью. И этот другой, уникальный, всегда единственный. Чем более другой Этот другой – тем реальнее дружба. Дружба проживается всегда между двумя и вслушивание в голос другого, дает понять, чего не хватает мне , чтобы быть тем, чем я должен был бы быть. Так же и ему – и он меня об этом просит, просит как о неожиданном подарке, при том что у меня самого такого особенного то нечего и нет.
Так чем же мы так богаты и не узнаем этого? И речь скорее всего идет об открытости жизни, самом нашем бытие - о чем мы и не догадались бы, если бы не голос другого.
Тут каждый из двух участников дружбы не просто сохраняет свою автономность: именно здесь он ее и обретает и начинает существовать по своему собственному закону. « Открыть Другое в собственном сердце ( не другое чем Я, а другое, чем все вообще на свете – свое собственное и тем самым придти к себе).
Открыть себя в одиночку человек не может, к этому его зовет «голос друга». Друг дарит мне меня – того меня, о самом существовании которого я бы и не догадался.
Несомненно, дружба это то, о чем каждому, в общих чертах известно. Об этой ли обыденности идет речь, как следует ее понимать – если речь идет об уникальности?
Речь идет о «голосе друга, которого каждое присутствие вот – здесь , носит где – то в себе, с собой человек».
Каждое присутствие – не значит каждый человек, но все таки, речь идет о каждом человеке, при одном условии – человек держится и удерживается в открытости своему собственному бытию, предельно своему – и тогда этот дружеский голос вообще возможен.
Но что же это может значить – каждое бытие – вот – здесь – носит с собой , где то в себе друга? Кто этот единственный друг? Как нам понимать эту дружбу, что это за понимание в такой дружбе, которое может поможет такой дружбе произойти. Что же за способ бытия в дружбе?
«Наша добровольная свобода не производит ничего более со природного себе, чем нежность и дружба» . Итак – свобода, оказывается матерью и кормилицей дружбы. Добровольная свобода – отсылает нас к добровольному рабству, которым так полна наша повседневность и заурядные человеческие отношения. И между ними пролегает граница, которая предполагает различение того, что может произойти из одной и из другой позиции. То, что мы обычно понимаем под свободой, нечего не имеет общего с « нашей добровольной свободой» - которая только и может существовать в предельно своем для каждого из нас. «Заурядная» свобода осуществляется с ограничениями и правилами общества, и обязана считаться с необходимостью не выродиться в конфликт сил. Добровольная свобода, может осуществиться между друзьями с целью отстоять возможность существовать друг для друга.
Свобода производит из себя плод, который и есть дружба и нежность.
Слово «нежность» означает прежде всего чувство, которое, будучи вызвано кем то другим, производит в свою очередь симметричную возможность.
«Дружба» первоначально возникает в одном человеке, как его связь с другим. Один обладает ей прежде.
Понять, что присутствие, бытие- вот –здесь носит с собой друга( где то в себе) - а присутствовать – быть здесь - выходить из себя самого, открываться, что бы рядом с тобой смогла обнаружиться та зона близости, куда и может войти друг и тут уж дело только за тем, что бы принять его.
Различения бытия в дружбе и теми отношениям, которые организуют общность – это как обмен благодеяниями и обмен учтивостью, держаться среди других.
Что бы понять дружеское благодеяние, необходимо отказаться от оценки этих даров по «верному счету», как иногда принято считать между верными друзьями. Но что же в действительности?
«С того самого дня, как я потерял его, я не переставал тосковать . все, что у нас было, было у нас на двоих: мне кажется, что я отнимаю у него его долю.» Ф.Федье
Друзья обладают общей частью один в другом таким образом, что каждому из них необходима доля другого, что бы стать наконец то самим собой. И происходит это взаимно, таким образом, что каждого из них, голос другого призывает достичь себя самого. Оба, вблизи, быть – мы приближаемся в средостение, где феномен дружбы раскрывается во всей своей силе.
Что позволяет психоаналитическим отношениям быть практикой «справляться» со страданием?
Практика познания себя – детективная стратегия исследования ранней личной истории и сшивание полотна психического невидимыми нитями новых связей, на месте оборванных - увеличивают выносливость.
Замечания самого себя – как философская стратегия « кто говорит?».
Производство бессознательного Знания - как встреча с предельными переживаниями – преодоления некоторой глубины страдания, и извлечения того самого себя и сублимация – или поэтическое производство – всегда изобретение, жест и новые смыслы.
Что можно увидеть в завершении долгих лет встреч?
Цитата о дружбе Монтеня и Ла Боэти, которая закончилась по жизненным обстоятельствам.
« Друг, однажды исчезнувший, не перестает присутствовать в жизни другого. В такой жизни, время достигает своей зрелости: время в такой жизни временит, время «насладиться близостью и обществом» .
О каком наслаждении идет речь? Наслаждение имеет своим условием – имение, иметь – это всегда прежде всего иметь отношение к тому, что мы имеем и в следствии этого быть в глубине этого отношения. Чем более открыта эта ситуация, тем богаче имение , тем больше оно становится источником стойкости, поддерживая тот образ бытия, в который мы и призваны быть.
« Этот день я буду иметь горьким и чтимым» , поддерживая его, содержа его впредь таким образом, что день будет и воскрешением горести и призывом вновь вызывать в памяти счастье.
Именно возможность наслаждаться тем, что имеешь, при этом зная, что мы нечего не имеем иначе как только в этот момент памяти, но в настоящем. Но не в том настоящем, что скрючилось над собой, а трепещет открытостью и это присутствие хранит в себе такую модальность: иметь возможное воскресение того что было, образуя таким образом возможность временения времени.
Ибо то, что было, продолжает длится при условии, что у нас достанет присутствия духа иметь его – одновременно – в нашем настоящем как то, чего больше нет. И это не только оплакивание ушедшего, скорбь по нему: напротив это дает место уникальной радости, радости воспоминания, которая приходит на помощь отсутствию»
Литература
- Ф.ФЕДЬЕ « Голос друга», издательство И.Лимбаха, Санкт-Петербург, 2010
- Н.Савченкова « Аналитика психического опыта», научное издание «ВЕИП» Санкт-Петербург, 2009
Jhylinskaya.by
Посмотреть резюме (PDF)
